Яндекс.Метрика

Лесоводы-воины

Галаев Сергей Иванович

Родился 7 октября 1921 года в деревне Берково Даниловского уезда Ярославской губернии. Пос­ле окончания в 1939 году средней школы поступил в Рыбинский авиационный институту откуда спустя полтора месяца был призван в ряды Красной Армии. В мае 1941 года окончил офицерские курсы и получил назначение в 23-ю танковую дивизию заместителем командира саперного баталь­она, который дислоцировался в окрестностях Лиепаи. Воевал в составе 53-й армии в Прибалтике, на Северо-Западном, 2-м Украинском фронтах, участвовал в сражении на Курской дуге, в Корсунь- Шевченковской операции, освобождении Будапешта. В 1952 году окончил Академию тыла и транспорта служил в группе Советских войск в Германии, затем в Ленинградском, Северном и Приволжском военных округах. С 1964 года на гражданской службе. Сначала ─ в органах исполнительной власти г. Москвы, затем в Министерстве лесного хозяйства РСФСР. С 1988 года на пенсии.

Мы, отступая, верили в победу

Меня призвали и РККА осенью 1939-го. Но армейская судьба сложилась так, что в финской кампании участвовать не довелось. Для меня война началась ровно в 4.00 22 июня 1941-го. Служил я тогда в саперном батальоне 23-й танковой дивизии под Лиепаей. В этот рассветный час воскресного дня многие в части по равным причинам не спали и стали свидетелями завязавшегося над нашим расположением воздушного боя краснозвездного истребителя с немецкими самолетами. Когда включили ра­дио, то на ломаном русском языке немец передавал, что России предъявлен ультиматум, на что она не согласилась, и Гитлер объявил войну.

По дивизии была объявлена тревога, и танки пошли в бой с немецкими войсками. Но силы были неравные. Потеряв почти все КВ, Т-26 и часть Т-34, дивизия начала отходить под прикрытием артиллерии на Ригу и далее Псков, Новгород. Шел третий день войны. Когда проезжали мимо зимних квартир в Приекуле, то нескольких солдат, оставленных там для охраны, недосчитались: на рассвете 22-го туда был высажен десант немцев. Но смельчаки объединились с соседним танковым батальоном, где также была оставлена команда для охраны, и уничтожили десант.

По шоссе Рига ─ Псков пересекли старую государственную границу и впервые выспались на родной земле. А на следующий день направились в сторону Пскова, где и встретили своих.

После сосредоточения частей дивизии, от которой осталось 28 танков Т-34 и артиллерия, был отдан приказ оторваться от наступающих немцев и закрепиться на новом рубеже. Отходили на Порхов, Старую Руссу, Новгород. Здесь, на берегах Волховца, заняли оборону и впервые остановили врага.

Бои за Новгород были очень тяжелыми. Хорошо ─ успели взорвать мост через Волхов. Сами переправлялись кто на чем ─ кто на бревне, кто на бочке. Благо погода летняя и вода в реке теплая. Здесь я получил легкое ранение в голову.

После того как остановили наступление немцев под Новгородом, весь командный состав танковой дивизии был направлен в резерв Северо-Западного фронта. В числе офицеров резерва оказался и я.

Мне как окончившему курсы присвоили звание лейтенанта. Одновременно я был назначен помощником начальника учетно-оперативного отдела 258-го фронтового артиллерийского склада в городе Лычково, где прослужил до июня 1942 года. Затем меня перевели в 53-ю армию, которая располагалась севернее Осташкова, на берегу озера Селигер, на должность помощника начальника отделения, которое занималось ремонтом артиллерийского вооружения и техники, вышедшей из строя в результате боев, а после ─ в отделение боеприпасов.

Армия вела оборонительные бои на подступах к Демьянску в тяжелейших условиях бездорожья и болот. Пути подвоза и эвакуации были оборудованы из отходов древесины по болотам, где саперы устроили специальные разъезды для встречного транспорта. Стоило машине сойти с дороги ─ и она тут же утопала в болотах. Обилие комаров и мошкары не давало возможности даже принять пищу. Ходили все в накомарниках, а лицо и руки смазывали антикомарином.

Вот так мы и воевали до марта 1943 года. После разгрома Демьянской группировки немцев наша 53-я армия получила приказ передислоцироваться на Южный фронт, на Курский выступ, называемый Курской дугой. Там в начале июля 1943 года мы перешли в контрнаступление и освободили Белгород, а 23 августа выбили гитлеровцев из Харькова.

Вспоминается такой эпизод. Сидим мы с приятелями-сослуживцами возле памятника Тарасу Шевченко в Харькове, а с Холодной горы, где еще были немецкие войска, начался обстрел. Не успев насладиться коротким отдыхом, мы выехали на КП армии в харьковский пригород ─ Даргачи, где увидели страшную картину падения нашего бомбардировщика. Подбитый зенитным огнем, он загорелся в воздухе. Летчик был ранен, но все же сумел посадить машину. И вот майор Шилов и другие офицеры подбежали к горевшему самолету, вытащили пилота и потушили огонь. Шилова тогда наградили орденом Боевого Красного Знамени за спасение летчика и самолета. Это был действительно геройский поступок.

Наши войска продолжали наступление в направлении Знаменки — Кировоград. В районе деревни Дмитриевка мы встретились с партизанами Ковпака, которые здесь, в Черном лесу, два года сражались в тылу врага. Такая была радость!

Армия провела новую наступательную операцию ─ Корсунь-Шевченковскую. После ее завершения мы двинулись по бездорожью по колено в грязи от Шполы на Умань, Балту, Головановск, Котовск, Дубоссары. Это было тяжелое время для всех нас. Сопровождение отступающих немцев тяжелым оружием было ослаблено, и мы двигались за ними по пятам. Иногда сходились врукопашную.

На Днестре, в районе Дубоссар, фронт стабилизировался. Стали эшелонами поступать техника, боеприпасы, горючее, продовольствие. Личный состав армии воспрянул духом и привел себя в порядок. Наши войска с ходу форсировали реку и вступили на территорию Молдавии. Так завершилось освобождение правобережной Украины от немецко-фашистских войск.

В моей жизни также произошли изменения. Меня перевели из 53-й армии в штаб артиллерии 2-го Украинского фронта в отдел боеприпасов. Это случилось в мае 1944 года.

Ознакомившись с ситуацией, я быстро вошел и курс дела. В период так называемой передышки шла интенсивная работа по перегруппировке войск и созданию необходимых запасов материальных ресурсов для обеспечения Ясско-Кишиневской операции. Из тыла страны на склады фронта поступало очень много вооружений и боеприпасов. Для одной артиллерийской подготовки в начале операции было израсходовано 1200 вагонов боеприпасов! Это уже не просто артиллерийская подготовка, а настоящее артиллерийское наступление, в результате которого вышла из войны Румыния.

Я был включен в оперативную группу штаба фронта, и мы ранним утром 23 августа 1944 года вошли в Яссы, где еще продолжались ожесточенные бои на вокзале. Мирное население да и вояки румынской армии прятались в подвалах домов. В ходе зачистки города они сами выходили из укрытий и сдавались в плен. Только немцы и мадьяры продолжали оказывать яростное сопротивление. Но наступательный порыв наших войск был велик, и остановить их у врага уже не было никакой возможности.

Наши части устремились на Плоешты, Бухарест и далее на Арод, а затем вошли в Венгрию и освободили Будапешт. Это был незабываемый день. Мы вышли на улицы и стреляли из всех видов личного оружия, салютуя Победе.

Вот так закончилась для меня Великая Отечественная. Но не служба в Вооруженных Силах. Из армии я ушел в запас по состоянию здоровья только в 1964-м.

Журнал «Лесная Россия»

 

Яндекс.Метрика